Ямало-Ненецкий АО: Изгородное оленеводство «сдобрят» грантами в 15 миллионов рублей

Ягельники на Ямале могут прокормить почти вдвое меньше оленей, чем на них выпасается.


Разгрузить тундру поможет лес. В 2019 году округ впервые выделит два гранта по 15 миллионов рублей на поддержку оленеводства, один из которых – на развитие изгородного содержания.


Разгрузить от оленей тундру за счет леса


Об этом 26 ноября в Салехарде, на заседании правления ассоциации «Оленеводы мира», рассказал директор департамента АПК, торговли и продовольствия ЯНАО Виктор Югай.


По прогнозам специалистов, если позволить природе самой регулировать численность ямальского поголовья, которое насчитывает около 700 тысяч животных, то максимум через 10 лет отрасль придет в упадок.


– Исходя из ситуации, необходимо развивать альтернативные способы выпаса, разгружать тундру, осваивать лесную зону округа, – заявил он. – Для этого в окружном бюджете на следующий год впервые предусмотрена грантовая поддержка оленеводства, в том числе изгородного. Но большая часть стад – около 480 тысяч голов, сосредоточена у частников. А они не имеют сегодня официального статуса, и соответственно, права на господдержку.


Однако, по словам главы окружного департамента АПК, ведется работа, чтобы законодательно придать стадам частников статус личного подсобного хозяйства.


Так, недавно регион заручился поддержкой Минсельхоза РФ в вопросе внесения изменений в федеральный закон «О личном подсобном хозяйстве». Эта инициатива направлена в другие оленеводческие субъекты страны. После прохождения согласований на местах, министерство отправит её на рассмотрение законодателям.


– Но уже сейчас мы можем предложить частникам более эффективную форму ведения оленеводства. Речь о крестьянско-фермерских хозяйствах (КФХ). Такой юридический статус автоматически делает семью кочевника субъектом господдержки. Тундровики, кроме доходов от сдачи оленей на убой, смогут получать деньги на содержание своего стада и на реализацию оленеводческой продукции, – добавил Виктор Югай.


Общины хорошо, а КФХ и кооперативы лучше


Причем, по задумке профильного департамента, крестьянско-фермерские хозяйства могли бы объединяться в сельхозкооперативы. Аналогичные тем, что есть во многих регионах России.


На Ямале же пока функции сельскохозяйственных кооперативов отчасти выполняют общины коренных малочисленных народов Севера. Так, сегодня насчитывается 22 национальные общины, объединяющие около 400 семей оленеводов-частников.


В этих формированиях содержится более 150 тысяч оленей. А за последние восемь лет производство мяса общинниками возросло в восемь раз и сейчас достигает треть от общего объема мясозаготовок. Виктор Югай продолжил:


– Мы поддерживаем общинников и субсидируем им каждый килограмм сданного на убойные комплексы мяса. На эти цели направляется более 100 миллионов рублей в год. Но при всех преимуществах, общины больше служат для поддержания традиционного образа жизни, у них нет сильной экономической основы. Тогда как КФХ и кооперативы могут поднять на новый уровень экономику отрасли. С их помощью мы уйдем от стихийного выпаса и громоздких неэффективных форм хозяйствования.


Городить изгородь – задача не из легких


Однако многие оленеводы-частники с присущей для них осторожностью относятся к новым перспективам. В том числе и к изгородному оленеводству.


Например, тундровики из Ямальского района, где проблема перенасыщенности пастбищ наиболее остра, даже при нехватке корма для подопечных, не спешат покидать насиженные места. Во многом тормозят переход в «лесные кущи» большие затраты на обустройство необходимой инфраструктуры.


Как рассказал «Красному Северу» в перерыве заседания оленевод-частник из Надымского района Михаил Яр, в свое время ему, чтобы оградить загон площадью 100 квадратных километров потребовались «огромные затраты».


Сам этот человек родом с побережья Карского моря, и больше 20 лет каслал в Ямальском районе, как когда-то его предки.


– Но однажды понял, что с пастбищами совсем туго и ушел на юг Надымского района, – поделился он своей историей. – Скажу сразу, поставить изгородь очень дорого и непросто. Я её делал несколько лет. А без ограждения в лесу оленя легко потерять, это же не тундра, где всё как на ладони. Позже предлагал многим оленеводам из Ямальского района последовать моему примеру, но боятся люди, что не пойдет у них дело. И правда, тяжело – не каждый выдержит. Хотя в лесной зоне можно тысячи «Ты» (оленей) прокормить.


Когда-то и стадо Михаила Яра превышало тысячу голов, а сейчас в загоне бегает примерно 500 олешек. Другие дела, по его словам, стали занимать много времени. Недавно он отвез четыре ненецкие семьи из Яр-Сале и Надымского района в Камчатский край.


– Постоянно в разъездах: коряки попросили помочь восстановить у них оленеводство, – пояснил тундровик. – И не только поголовье животных, но и культуру кочевников. Я нашел желающих из числа наших людей. Уехали без оленей, там собрали остатки из местных особей, специально на разведение. Пока срок их пребывания на Камчатке не определён, возможно, приживутся и останутся навсегда.


Комментарий


Президент совета ассоциации «Оленеводы мира» Сергей Харючи:


– Нам важно придать статус кочующему хозяйству… Мы привыкли к стереотипу, что крестьянин должен только выращивать хлеб, другие сельхозкультуры. Но крестьяне выращивают и скот. А наши люди заняты в белых снегах тем, что выпасают своих любимых оленей. Думаю, что термин «крестьянско-фермерское хозяйство» к ним вполне применим.


Источник: ks-yanao.ru