Беларусь: почему овцеводство, несмотря на солидные финансовые вливания, все равно в убытках?
Баранины в наших магазинах недостаточно, цену на нее совсем доступной не назовешь. Так охарактеризовал положение дел в этом сегменте рынка Премьер-министр Андрей Кобяков во время недавнего посещения овцеводческого предприятия «Истерн Шип» в Логойском районе. С чем связаны такие проблемы? И как повлияла на отрасль Республиканская программа по развитию овцеводства?
Любители ностальгировать не преминут заметить: до Великой Отечественной войны в Беларуси было 2,5 миллиона овец. В годы лихолетья поголовье сильно уменьшилось, но с наступлением мира относительно быстро восстановилось. Правда, не стоит забывать, что тогда население было преимущественно сельским и жизнь заставляла людей держать овец, чтобы прокормиться.
По мере миграции в города желающих заниматься овцеводством уменьшилось, стало оно невыгодным и для хозяйств. В 1985 году в Беларуси было 382 тысячи голов, произведено 906 тонн шерсти. К 2013-му поголовье упало до 52 тысяч, 42 тысячи — на личных подворьях.
Для спасения ситуации по поручению Президента разработали Республиканскую программу развития овцеводства на 2013—2015 годы. Главный ее посыл: довести количество овец до 100 тысяч, получать в год 260 тонн шерсти и 1,5 тысячи тонн мяса в живом весе.
Заместитель начальника управления по племенному делу главного управления интенсификации животноводства Минсельхозпрода Марина Чадович пояснила: начинать пришлось практически с нуля, поэтому основной задачей программы стало наращивание племенного поголовья овец современных высокопродуктивных пород, главным образом за счет закупок по импорту. За 2013—2017 годы из-за рубежа завезено около 3 тысяч голов различных пород. Для разведения овец создано 14 племенных хозяйств, в том числе 2 племенных завода, 11 племенных репродукторов и 1 генофондное хозяйство.
На первых порах программа буксовала. К концу 2015-го насчитывалось только 84 тысячи голов, и лишь по итогам прошлого года удалось выйти на заданные 100 тысяч. Несмотря на задержки, первый заместитель гендиректора «Белплемживобъединения» Геннадий Гунев положительно оценивает влияние программы на отрасль. Государство помогло накопиться достаточному количеству племенного молодняка, чтобы реализовывать его фермерам и владельцам личных подсобных хозяйств. На племпредприятиях 12,4 тысячи голов, что создает предпосылки для роста общего поголовья в стране.
Только, как нередко случается в последнее время, вал не согласуется с экономикой. В крупнейшем племхозяйстве ОАО «Жеребковичи» Ляховичского района около 4 тысяч овец. Государство выделило почти 450 тысяч рублей на приобретение племенного молодняка.
Но после первых радостей настали суровые будни, пояснила экономист Зинаида Жамойдик. Немало трудностей со сбытом племенного молодняка. Купив по несколько голов, фермеры сами стали разводить породистых животных. Не легче и с мясом. Раньше его брал в небольшом количестве Оршанский мясоконсервный комбинат. В прошлом году появился более крупный партнер — Березовский мясоконсервный, который купил почти 500 голов.
Все бы хорошо, да вот закупочная цена всего 2,6 рубля за килограмм живого веса. А себестоимость — 6,07 рубля. Поэтому рентабельность без господдержки — минус 71 процент, с ней — минус 46. Убытки от овцеводства за прошлый год около 420 тысяч рублей. Их покрыли за счет молока, продукции растениеводства, торговли. А если бы отрасль работала хотя бы, как говорится, так на так, сколько можно было бы иметь дополнительных средств на банковском счету.
Между тем у фермеров, которые порой занимаются только овцеводством, ситуация иная. Глава КФХ «Волчья радость» Слуцкого района Игорь Бабешко рассказал: продает баранину убойным весом столичным супермаркетам по 9 рублей за килограмм, те реализуют в розницу по 12—15. Несложно подсчитать, что сдача живым весом примерно в два раза выгоднее фермеру, чем сельхозпредприятию. В этом преимущество небольших хозяйств, которые могут действовать гибко, предлагая товар мелким оптом.
Однако и фермер не в восторге от своего бизнеса. Занимается им больше из любви к земле, чем ради прибыли. В итоге доходы на уровне средней зарплаты в сельском хозяйстве. Они могли быть и больше, если найти сбыт шерсти и овчине. Их никто не берет, приходится сжигать.
Зинаида Жамойдик, правда, насчет шерсти готова поспорить. В прошлом году хозяйство продало всю накопившуюся — 7,7 тонны — Смиловичской валяльно-войлочной фабрике Червенского района. А вот шкуры действительно не берут. Их на сельхозпредприятии уже собралось около 400.
Фабрика первичной обработки шерсти в поселке Ильич Рогачевского района работает с 1963 года. Пик объемов производства здесь был в середине 80-х — более 10 тысяч тонн мытой шерсти в год. Далее – глубокое пике к тысяче и даже меньше тонн. В 2007-м создано белорусско-ирландское совместное предприятие СООО «Ильичевская шерстомойка», которое выкупило производственный комплекс, — но.
Директор Александр Холодняк поясняет: в Беларуси преобладают мясные породы овец, их шерсть грубая и не подходит для предприятия, которое ориентируется на потребности рынка. Оно закупает в нашей стране лишь 5 процентов тонкой шерсти. Остальную привозит из России и перерабатывает давальческим сырьем.
А вот директор Смиловичской валяльно-войлочной фабрики Василий Сабан утверждает, что готов забрать всю овечью шерсть, получаемую в Беларуси. Но, к сожалению, ее мало — за прошлый год поступило лишь 30 тонн при потребности в 10 с лишним раз больше. Более того, представители предприятия сами ездят по стране и собирают сырье. Естественно, к каждому клиенту индивидуально за сотней килограммов не отправятся. Собирают заявки и формируют маршруты с таким расчетом, чтобы полностью загрузить машины. Правда, так работают только с прошлого года, и, возможно, не все об этом знают. Но теперь достаточно позвонить на фабрику, сообщить о своем желании продать шерсть и некоторое время подождать.
Итак, в отрасли наметились положительные тенденции. Появилось надежное племенное ядро, овцеводы предлагают переработчикам и торговле больше мяса. Теперь необходимо сосредоточиться на проблемах. Урегулировать закупочные цены. Чтобы и хозяйства были целы, и потребители сыты. И каждый клок шерсти должен идти в дело.
