Опыт: Как решают проблемы продбезопасности в других странах

О продовольственной безопасности говорят все, кто имеет к ней отношение - существует теория, что каждый новый глава Минсельхоза должен начинать министерскую карьеру с разговоров о ней.


Вот и Дмитрий Патрушев во время своей первой встречи с коллегами в Минсельхозе заявил, что среди главных задач агропрома - обеспечение продовольственной безопасности страны. Так же в свое время поступил и Александр Ткачев сразу после вступления в должность министра, а Алексей Гордеев и вовсе защитил диссертацию на тему «Продовольственное обеспечение России».


Доктрина продовольственной безопасности была принята в России в 2010 году - благодаря этому документу импортозамещение стало одной из центральных повесток в отечественной аграрной политике. В итоге Россия достигла пороговых показателей по независимости производства почти по всем товарам, отставая только по молоку.


Как работают аналогичные системы безопасности в других странах, разбираем новом лонгриде Milknews, подготовленном на основе материалов РАНХиГС.


Бразилия


В 2003 году Президент Бразилии Луис Да Силва объявил программу Zero Fome – госпрограмму, направленную на искоренение голода. Проект был вынесен на обсуждение еще до того, как Да Силва стал президентом.


Главная идея программы – не предоставление денежных компенсаций нуждающимся, а структурная политика по обеспечению справедливого распределения доходов, стимулированию производства и созданию рабочих мест.


Да Силва считал, что если ограничиваться лишь компенсационными мерами, а голод и дальше продолжит увеличиваться и создавать еще большую безработицу – то любые попытки решить проблему станут просто проеданием денег, и в итоге она станет нерешаемой. С другой стороны - люди хотят есть каждый день, а структурные меры могут дать эффект только спустя десятки лет, поэтому продовольственную помощь все-таки ввели.


К моменту введения этой программы в стране отсутствовала единая структура создания запасов и продовольственной помощи населению, вместо этого во многих муниципалитетах начали действовать локальные практики помощи голодающим. Это решало проблему «на местах», но не создавало условий для занятости и никак не способствовала искоренению голода.


Проект включал в себя отдельные «общие» компенсационные меры, вроде программы по получению базового питания на определенный период времени или чрезвычайную продовольственную помощь при засухах и стихийных бедствиях. Также предусматривались и структурные меры – отдельные программы для сельских районов (поддержка КФХ и семейных хозяйств, создание рабочих мест), для малых и средних городов (работа с розницей) и мегаполисов (работа с сетями, банками продовольствия).


Банки продовольствия формируются НКО, которые собирают продукты с истекающим сроком годности и передают нуждающимся. Кстати говоря, в России эта практика только зарождается и пока не имеет никакой институциональной поддержки.


Так или иначе, общепринятой Доктрины продбезопасности в Бразилии нет, но частный случай - проект «Нулевой голод» смог затронуть 44 млн человек – а это почти 10 млн семей.


Беларусь


У союзного государства доктрина национальной продбезопасности принимается на определенный период – документ от конца 2017 определяет стратегию страны до 2030 года (в российском варианте временные рамки не определяются). Основные задачи – повышение производства, снижение себестоимости продукции, конкуренция на внешнем рынке и выстраивание агропродовольственной системы в рамках ЕАЭС.


Как и в российской доктрине, здесь указано, что продбезопасность – состояние экономики, независимо от внешних факторов обеспечивающая доступность и рацион питания. Здесь всплывает второе существенное отличие от российской стратегии – в документе прописана не просто доступность еды, а ее доступность с удовлетворением предпочтений потребителя.


Третье отличие – в белорусском документе отсутствует упор на продовольственную независимость государства, она вообще не является критерием продбезопасности. Проднезависимость оценивается по 10 основным продуктам, по которым вели статистику потребления еще в СССР - общее потребление должно быть на уровне 3500 ккал в сутки, при том что 80-85% продукции должны составлять товары отечественного производства.


В Доктрине выделены внутренние и внешние угрозы продбезопасности – они прописаны по логике документов ФАО и соответствуют общей международной практике. Среди внутренних рисков – «нестабильность сельскохозяйственного производства», имеется в виду зависимость от природных и климатических условий.


Примечательно, что в перечень внешних рисков отчасти включена и Россия – «обострение конкуренции в рамках международных и региональных торгово-экономических формирований, включая ЕАЭС». Так что готовность к проблемам с поставками в Россию была прописана еще в прошлом году.


По итогам каждого года предусмотрена публикация докладов с результатами обеспечения безопасности, в России такая практика не предусмотрена.


США


В США Доктрины продбезопасности не принимаются, она регулируется через отдельные законы. Первый закон, Agricultural Marketing Agreement Act был принят еще в 1937 году, а основной документ сельхоз- и продовольственной политики – Farm Bill, принимается сроком на 5 лет.


Farm Bill предусматривает наличие программ продовольственной помощи. Их в стране несколько – для беременных женщин и детей, школьные завтраки и обеды (как бесплатные, так и субсидированные). Еще есть дополнительная программа Supplemental Nutrition Assistance Program - SNAP.


Вообще, на таких программах государство и делает акцент – общий объем продовольственной помощи от Минсельхоза США в 2010 году составил 62% от бюджета господдержки, это 94 млрд.


Получается, что огромная часть аграрного бюджета идет на программы поддержки малообеспеченных граждан. Чтобы было проще объяснить, ниже мы рассмотрим основные отличия программ такой помощи в США и России.


Источник: milknews.ru